Изнутри пелотона

    • Filled in Astana Pro Team 3 Декабрь 2007 в 4:02, author: Alex
    • Views: 1 468.

    Велогруппа “Астана" - это громкая вывеска или серьезный проект?
    Что говорили внутри пелотона о допинг-скандалах в “Астане" во время “Тур де Франс-2007"? И почему гонщики, несмотря на большой риск, продолжают употреблять допинг?
    Об этом и многом другом в эксклюзивном интервью “НП" рассказал один из самых опытных казахстанских гонщиков-профессионалов Дмитрий Фофонов, выступающий за французский “Креди-Агриколь". Его взгляд изнутри пелотона, думается, будет интересен читателям

    Велосипедный сезон закончился, и большинство профессионалов ушли в отпуск. Дмитрий Фофонов после тяжелого сезона приехал отдохнуть из Франции в родной Алматы вместе с супругуй Мариной и сыном Артемом на прошлой неделе. “Новое поколение" оказалось первым изданием, которому Дима дал интервью.
    - Позади 90 гонок, в том числе и “Тур де Франс". Не все получилось так, как хотелось, но мои шефы из “Креди Агриколя" остались довольными, и я продлил контракт, а это самое главное для профессионала, - говорит Дмитрий.
    Дмитрию Фофонову 31 год. В профессионалах он с 1999 года. Как и большинство гонщиков начинал карьеру в полулюбительских командах. В 2000 году подписал контракт с французским “Кофидисом", за который тогда выступал трагически погибший во время “Париж - Ницца" казахстанец Андрей Кивилев. “Кофидис" относится к топ-клубам, и для казахстанца это был большой шаг вперед. В “Кофидисе" Фофонов провел целых пять лет.
    В 2006 году Дмитрию поступило предложение от другой известной французской команды - “Креди Агриколь".
    А в этом году Фофонов уже дал согласие на переход в “Астану", но допинговый скандал с Александром Винокуровым остановил его.
    - В тот момент будущее “Астаны" было в тумане, и так рисковать я не мог, - комментирует Дмитрий.
    За плечами Дмитрия Фофонова участие в семи гранд-турах. Он выступал в четырех “Вуэльтах", двух “Тур де Франс" и однажды проехал на “Джиро Д’Италия".
    Дмитрий не относится к числу лидеров, на которых работает вся команда. Наоборот, Фофонов один из тех, кого называют “грегори". Он делает все возможное, чтобы лидер группы одним из первых пересек финишную черту.
    На счету Фофонова 3-е место на 18-м этапе “Тур де Франс-2004", второе место на 19-м этапе “Вуэльты-2006", 4-я позиция на одном из этапов итальянской “Джиро", победа на одном из этапов “Тура Каталонии".
    Надеялись казахстанские болельщики, что Фофонов наконец-то выиграет один из этапов “Тур де Франс" в нынешнем году, тем более Дима уже давно заслужил такой успех, но, увы, не получилось, хотя победа была близка.
    - Конечно, хотел победить хотя бы на одном из этапов “Большой петли", - рассказывает Дмитрий. - Очень близка была победа на 7-м этапе 197 километров между Бурж-ан-Бресс и Ле Гран Борнар, но я неправильно рассчитал силы. Да и немец Линдус Гердеманн, с которым я ехал в отрыве, схитрил. Он сказал, что не может работать, поэтому около пяти километров мне пришлось все время ехать впереди и “тащить" его. А когда подъехали к горе, у Гердеманна вдруг открылось второе дыхание. Вообще, среди велосипедистов так делать не принято. Немец нарушил неофициальный кодекс гонщиков, но в итоге выиграл этап. Был и другой отрыв на 11-м этапе. Нас оказалось только пятеро, что при сильном боковом ветре резко уменьшало наши шансы добраться до финиша.
    - Тем не менее в общем зачете “Большой петли" Вы заняли почетное 26-е место.
    - Передо мной не стояла задача выиграть на каком-либо этапе, главное было - поддерживать своих лидеров. По итогам “Тур де Франс" шефы остались довольны моим выступлением.
    - Дмитрий, во время тура Вы уже были готовы покинуть “Креди Агриколь". “Астана" сделала Вам предложение, от которого невозможно отказаться?
    - Во время “Тур де Франс" ко мне подошел Даниал Ахметов (президент Федерации велоспорта и министр обороны Казахстана) и предложил выступать за “Астану". Я обещал подумать. Но, знаете, в тот момент так захотелось быть среди своих, ностальгия появилась. В общем, я дал согласие.
    - Наверняка “Астана" предложила более выгодный в материальном отношении контракт?
    - Были в нем свои плюсы - это материальная сторона, но и минусы - в социальном отношении “Астана" ничего не гарантировала. В “Креди Агриколе" гонщики со стороны французского правительства застрахованы со всех сторон и могут не волноваться за свое будущее, в “Астане" в этом плане все было, так скажем, не по-европейски. К тому же в случае перехода в “Астану" надо было переезжать из Франции в Монако, где налоги меньше, или вообще не переходить в “Астану" - французские налоги “съели" бы всю разницу в зарплате.
    Тем не менее я хотел выступать за “Астану", но как раз грянул допинговый скандал с Александром Винокуровым. Как известно, “Астана" была организована под его имя, и как отреагируют спонсоры на это, было неизвестно. Будущее команды оказалось под вопросом. В итоге я остался в “Креди Агриколе".
    - Как воспринимают “Астану" в Европе?
    - Пока в “Астане" не будут серьезно заниматься подрастающим поколением, это всего лишь громкая вывеска. Сейчас любой, у кого есть деньги, может купить гонщиков и создать команду. Поэтому надо думать о будущем. Я знаю, что “Астана" создает фарм-клуб, и это очень правильное решение.

    Французский
    заговор? Абсурд!

    - Дмитрий, как воспринял пелотон допинговый скандал с Винокуровым?
    - Все были в шоке, и я в том числе. Настроение у гонщиков было не ахти. Ведь этот скандал косвенно ударил по всем гонщикам и велоспорту. Кто-то злился на Винокурова и не скрывал раздражения, в основном это иностранные гонщики. Спортсмены из постсоветского пространства в любом случае были солидарны с Винокуровым. Но особенно тяжелыми были последние четыре дня “Тур де Франс", когда с гонки был снят ее лидер - датчанин Михаэль Расмуссен. (Расмуссен сдал около 15 допинг-проб, и ни одна из них не оказалась положительной, но, как выяснилось, обманывал Всемирную антидопинговую лабораторию и свою собственную команду относительно своего внесоревновательного графика.) Сразу возникал вопрос: почему Расмуссена “убрали" не до старта тура, а во время него? Значит, кому-то нужен был большой скандал. Все это нервировало пелотон и обстановка была очень недружелюбная.
    - Чиновники Федерации велоспорта Казахстана, защищая Винокурова, говорили, что это французы устроили против “Астаны" заговор. Мол, французов давно не было среди победителей “Большой петли", вот они и решили “потопить" Вино и “Астану".
    - Впервые слышу такую версию - она абсолютно абсурдна. Какой смысл французам устраивать заговор против “Астаны", когда всю французскую команду “Кофидис" сняли с тура вместе с “Астаной"?! (“Кофидис", как и “Астана", был исключен с “Тур де Франс-2007" за допинг-скандалы.) К тому же французы считают Александра Винокурова своим парнем (Винокуров до того, как перебраться в Монако, долгое время жил во Франции), и он до сих пор популярен в этой стране! Просто контроль усилился, и все. Французы тут совсем ни при чем, хотя, возможно, без политики в деле Винокурова не обошлось.
    - Как восприняли допинговые скандалы “Астаны" в “Креди Агриколе"?
    - В “Астане" четверо гонщиков в течение нескольких месяцев были обвинены в употреблении допинга - это Маттиас Кесслер, Эдди Маццолени, Александр Винокуров, Андрей Кашечкин. Даже для велоспорта, где допинг-скандалы не редкость, чтобы в одной команде сразу четверых обвинили в допинге, это много.
    - Как давно Вы встречались с Винокуровым?
    - Последний раз во время “Тур де Франс". Конечно, обидно, что у него так получилось.
    - Несколько лет назад Вы говорили, что гонщики примерно знают, кто употребляет допинг, а кто нет. Мол, это сразу видно по результатам, у кого они слишком высокие, тот явно на допинге. Что изменилось с того времени?
    - Контроль, как я уже говорил, усилился. И сейчас между гонщиками идет серьезная борьба за выживание. В велоспорте большие деньги, и некоторые из гонщиков сознательно рискуют, чтобы заработать. Каждый выбирает свой путь.
    - В последнее время сразу несколько великих гонщиков прошлого признались в употреблении допинга, например, победитель “Тур де Франс-1996" Бьярне Рийсе. С чем это связано? Насколько известно, среди гонщиков очень строго действует правило - не выносить сор из избы.
    - Первыми начали говорить о том, что допинг во многих командах был как нечто само собой разумеющееся, не гонщики, а массажисты, доктора... По-моему, это были работники немецкого “Телекома". Что касается Рийсе, то, возможно, свое признание он сделал под давлением. В велоспорте идет серьезная война между организаторами гранд-туров, Международным союзом велосипедистов и “Про Туром". Каждый тянет одеяло на себя, в итоге страдает велоспорт.

    Серик Ибраев
    Информация сайта
    www.np.kz
  • Related Posts

      -- enable recent posts plugin --
  • Comments 2 комментария

  • Leave a Reply

    Анти-спам: выполните задание